Официальный сайт Союза лесоводов Санкт-Петербурга
Подпишитесь на новости сайта
Получайте на почту актуальные новости и статьи, которые публикуются на сайте Союза лесоводов
* Поля, обязательные для заполнения
Нажимая "Подписаться", Вы принимаете условия обработки персональных данных.
Социальные сети
Между Лесоустройством и ГИЛ. Трейфельд Р.Ф.

Между Лесоустройством и ГИЛ. Трейфельд Р.Ф.

Часть 2. Государственная инвентаризация лесов

11 июля 2016 в 16:53

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИНВЕНТАРИЗАЦИЯ ЛЕСОВ (кто виноват?)

Обращаясь к государственной инвентаризации лесов, представляем посетителю Сайта наш взгляд на историю возникновения действующей в настоящее время ГИЛ и утверждения её в качестве государственного проекта.

Первой публикацией на эту тему была статья В.Архипова от 08.10.2002 года в «Лесном вестнике» - органе лесопромышленников Ленинградской области на тему реформирования российского лесоустройства.

Суть предложений автора сводилась к заимствованию зарубежной, так называемой «двухуровневой системы лесоучетных работ». В интерпретации автора первый уровень должен был состоять в тотальном дешифрировании всех лесов России (в дальнейшем дешифрирование было заменено статистической инвентаризацией лесов), второй – в наземной таксации арендованных (а в перспективе – частных) лесов за счет арендаторов или владельцев лесов. Очевидно, что конструкция полностью соответствовала заложенной в Лесном кодексе 2006 г. идеологии введения частной собственности на леса через аренду.

Как нередко бывает в нашей российской практике, слепое заимствование зарубежного опыта оборачивается неудачей и нецелесообразными затратами государственных бюджетных средств.
Широкого обсуждения «двухуровнего» проекта (в дальнейшем - ГИЛ) не было, решения принимались в узком кругу тогдашних руководителей филиалов «Рослесинфорга».

Не смотря на очевидную неподготовленность самого проекта, и главное, отсутствие необходимости в нем для российских условий, понятие государственной инвентаризации лесов вошло в Лесной кодекс 2006 года в формулировке статьи 90.
Как свидетель всего процесса внедрения ГИЛ в российское лесное хозяйство, уверенно скажу, что основная масса лесоустроителей, по меньшей мере, с недоумением принимала эту новацию.

Приведем несколько примеров официальной критики проекта.

«В странах, где все или почти все леса находятся в государственной собственности и регулярно изучаются в процессе лесоустройства или при специальных обследованиях, где четко и надежно организован учет всех основных текущих изменений в лесном фонде, проведение дополнительной общенациональной инвентаризации лесов вряд ли можно считать оправданным (даже в тех случаях, когда государство располагает достаточными свободными финансовыми и трудовыми ресурсами). Вся информация собирается или может быть собрана в процессе таксационных работ, выполняемых при лесоустройстве».
(В.И. Сухих, А.И. Уткин, Лесное хозяйство № 2, 2000).

«В качестве образца ГИЛ была принята модель западных стран, где весьма успешно действуют национальные системы инвентаризации лесов, выполняемые методом закладки репрезентативно по регулярной сети размещаемых пробных площадей или кластеров (групп пробных площадей). Национальные статистические инвентаризации в этих странах, это, прежде всего, вынужденная необходимость, поскольку в условиях частной собственности на леса (превалирующей в ряде западных стран) чрезвычайно трудно, а подчас, и невозможно свести разрозненные в пространстве и времени материалы устройств лесов многочисленных лесовладельцев. Это и является главной причиной того, что приходится обращаться к статистическим методам учета в границах всего лесного фонда государства методами, которые, во первых абсолютно независимы от лесоустройства и во вторых дают только обобщенные данные о лесах и землях других категорий.
Учет лесов и планирование хозяйственной деятельности в развитых западных странах обеспечивают две независимые друг от друга технологии. Первая – лесоустройство, для практического лесопользования и ведения лесного хозяйства, которая финансируется консолидированно - лесовладельцами и государством, и вторая – статистическая инвентаризация, финансируемая только государством».

(«Проблемы лесоуправления и лесоустройства в современной Росси», В.И. Сухих, Р.Ф. Трейфельд, Лесная газета, 2009 г.)

«Идея ГИЛ почерпнута в странах с развитым лесным сектором, где преобладает частная собственность на леса, и проведение хозяйственного лесоустройства – прерогатива лесовладельца, который не обязан делиться своей частной информацией о своем лесовладении с государством. Именно в связи с этим, с отсутствием подробных данных о лесах у государственной лесной службы в тех странах проводят подобную статистическую инвентаризацию в масштабах всей страны».
(«Черная туча информационного кризиса», Д.Трубин, бывший главный лесничий Архангельской области, Лесная газета от 23.02.2013.).

С отрицательной оценкой действующей ГИЛ неоднократно в течении последних лет выступал и руководитель лесного отдела Гринпис Алексей Ярошенко.

На протяжении всего периода с момента после возникновения идеи нынешней ГИЛ, специалистами высказывались, как правило, отрицательные отзывы на проект. Несмотря на это он продолжается и сейчас, растрачивая впустую субсидии из государственного бюджета, сопоставимые с финансированием лесоустройства. В то же время результатами действующего ГИЛ для лесной статистической отчетности воспользоваться практически невозможно.

В последнее время, правда, стали проявляться признаки беспокойства со стороны государственных органов лесного хозяйства, поскольку появляющиеся отчеты ГИЛ по субъектам федерации стали, наконец, доступными для анализа широкого круга специалистов лесного хозяйства и лесоустройства. 27 ноября 2014 г. в Рослесхозе, на заседании секции лесоустройства государственной инвентаризации лесов и лесного реестра дана, наконец, объективная негативная оценка ГИЛ, после которой, надеемся, будут сделаны реальные шаги в сторону оптимизации всей структуры инвентаризации и устройства лесов Российской федерации.

Чтобы понять суть государственной инвентаризации лесов (ГИЛ), действующей в настоящее время в Российской федерации, и то, как она соотносится с лесоустройством, следует принять к сведению следующее.

Собственно инвентаризация (синоним – таксация), или приведение лесов в известность путем повыдельного описания, осуществляется, в основном, двумя методами. Первый – путем площадного учета – как правило, наземной таксации лесов (отдельно, или при лесоустройстве), второй - камеральным дешифрированием аэро- или космической съёмки. Существует и третий способ - выборочно- статистический, который и называют сегодня государственной инвентаризацией лесов.

На практике чистое дешифрирование имеет ограниченное применение, в основном для обследования непроизводительных малоценных лесов. В то же время оба первых метода применяются обычно в сочетании с материалами ДЗЗ – дешифрирования аэро- или космосъемки..

Данные в целом по государству и укрупненным территориям (стратам) внутри государства можно получить как путем суммирования итогов повыдельной лесотаксационной информации, так и выборочным математико-статистическим методом, независимо от данных лесоустройства. Подчеркнем, что речь идет в данном случае о суммарных данных на государство в целом и в том числе по его крупным территориальным образованиям.

С развитием лесопользования и интенсификации лесного хозяйства первый метод (суммирования) постепенно уступал второму. Этот процесс, начался в скандинавских странах в 20-е годы, а в развивающихся странах продолжается до сих пор. В Канаде, стране, наиболее адекватной России по лесам, национальная инвентаризация статистическим методом началась в 2001 году. В Советском Союзе аналогичные работы начали проводиться с 1925 года, но развития не получили, поскольку основным методом учета лесов была наземная таксация при лесоустройстве.

Основной мотив перехода к статистическому учету лесов не западе заключался в независимости этого метода учета от лесоустройства. Чрезвычайная раздробленность лесных участков в условиях преобладания частной собственности на леса западных стран делает практически невозможным суммирование лесотаксационной информации огромного количества лесных участков, да еще в условиях, когда лесоустройство ведется разновременно и без общего плана. Количество единиц учета (собственников леса), исчисляется десятками тысяч. Например, в Швеции их около 60 тысяч, в Финляндии 44 тысячи. При этом, доступность лесных территорий западных стран практически полная, лесные массивы сплошь покрыты густой дорожной сетью, что при исследовании лесов выборочно-статистическим методом является благоприятным условием для закладки на местности необходимого для заданной точности количества пробных площадей.

В СССР, а теперь в России, до принятия Лесного кодекса 2006 года Государственный учет лесов (ГУЛ) составлялся методом суммирования данных лесоустройства, ежегодно актуализируемых на хозяйственную деятельность, пожары и стихийные бедствия. Действовала (и действует до сих пор) Инструкция по внесению текущих изменений в материалы лесоустройства, которая обеспечивала силами специалистов лесничеств поддержание достоверной информации о лесах в 10- летний период между очередными циклами государственного лесоустройства. На эти цели в девяностых годах успешно действовало так называемое «непрерывное лесоустройство». Бесперебойно работала система ежегодного сбора, и обработки информации о лесах по субъектам федерации и по России в целом. Государственный учет лесов – ГУЛ служил базовым информационным документом для лесного сектора экономики, науки и практики лесного хозяйства и издавался каждые 5 лет. Точность определения запасов древесины по республикам, краям и областям система обеспечивала на уровне ±5%. С развитием компьютерных технологий значительно упростилась технология сбора, анализа и хранения информации ГУЛ, совершенствовалось программное обеспечение.

Лесной кодекс 2006 года коренным образом изменил роль и значение как лесного хозяйства, так и лесоустройства. Период 90-х, начала 2000-х годов, увенчавшийся появлением этого кодекса, сейчас, спустя полтора десятилетия, представляется парадом сумбурного реформаторства, безудержного поиска чудодейственных изменений, которые, якобы выведут лесной комплекс России в авангард мирового лесопользования. Теперь, как это ни горько осознавать, мы являемся свидетелями остатков былого лесного хозяйства и еле дышащего лесоустройства.

Теперь, как это ни горько осознавать, мы являемся свидетелями остатков былого лесного хозяйства и еле дышащего лесоустройства.

Идея нынешнего ГИЛ зародилась в головах ретивых «реформаторов» на волне всеобщего государственного нормотворчества 90-х годов. На передовую «реформирования лесоучетных работ» выдвинулись не в меру активные, порой профессионально полуграмотные активисты, движимые скорее карьерными и меркантильными устремлениями, чем желанием рационально и с пользой для государства сохранить отечественное лесоустройство в условиях рыночной экономики. Они не хотели, да и просто не смогли бы профессионально оценить достоинства своей системы лесоустройства, которая веками приспосабливалась к специфике российских лесов и простой административно-хозяйственной структуре лесного хозяйства. Вместо отстаивания российской системы лесоустройства, тогдашним руководством Рослесинфорга и Рослесхоза было принято решение о внедрения ГИЛ.

Из 1.1 млрд. га лесов Росси не более 200-300 млн. га считаются условно доступными для закладки пробных площадей по регулярной сети ГИЛ. На остальной территории проведение ГИЛ – из-за бездорожья - бесполезная, авантюрная затея. Тем не менее, российская ГИЛ проводится на всей территории Российской Федерации, тратятся немалые средства, несмотря на очевидную нелепость, скажем, «определения социального статуса деревьев», или «распределения лесных земель по покрытию хворостом» на бескрайних просторах малонаселенных лесов Европейского севера, Сибири и Дальнего Востока.

В отличие от развитых стран, где превалирует, или занимает существенную долю лесов частное мелкоконтурное лесовладение, в лесном фонде России всего порядка 9,3 тыс. административно-хозяйственных единиц – объектов учета лесов (1,8 тыс. лесничеств, бывших лесхозов, и 7,5 тыс. участковых лесничеств).
Если сравнить аналогичный показатель с западными странами, например со Швецией, то при площади наших лесов, превышающей шведские в 51 раз, число единиц учета лесов в 6.5 раз меньше, чем в Швеции. Для такой страны, как Россия, при современном развитии информационных технологий не составляет большого труда подготовить учет лесов методом суммирования. При этом не требуется дополнительных к лесоустройству огромных затрат, неизбежных при осуществлении ГИЛ. Очень существенной становится экономия на закладке пробных площадей, закупке дорогостоящего оборудования и приборов, а также экономия на программном обеспечении, поскольку процедуры сбора и обработки материалов таксации для практически любых запросов успешно выполняются лесоустроительным программным обеспечением. Российская система лесоустройства, сложившаяся в период плановой экономики тем и уникальна, что одновременно решает задачи как повыдельного лесотаксационного учета, так и обеспечивает лесную отрасль информацией для государственной статистики, в первую очередь - Лесного реестра.

Российские леса в отличие от, скажем, европейских, на подавляющей их площади представлены первичными, или вторичными естественного происхождения насаждениями. К счастью, большая их часть пока не подвергается активному техногенному загрязнению, что дает возможность свести к минимуму затраты на выявление повреждений лесов, их санитарного состояния и состояния лесных почв. Однако, вопреки здравому смыслу в 2007 году в качестве единственного технологического решения была закуплена за границей и внедрена в производство ГИЛ чешско-германско-украинская программа, которая с небольшими изменениями функционирует и в настоящее время. Дорогостоящая технология «Field Map» - техническая основа ГИЛ РФ, закупленная за границей не является чисто лесоучетной, а представляет собой исследовательский комплекс научной направленности, включающий кроме лесной дендрометрии - экологию, ботанику, почвоведение, лесную социологию в современном аспекте охраны природы сверх интенсивного западноевропейского лесного хозяйства. Одновременно, в качестве теоретической основы выборочного статистического метода учета лесов инициаторами ГИЛ была принята самобытная схема стратификации лесных площадей на основе данных лесоустройства, а также схема закладки пробных площадей методом направленной (не систематической) выборки.

Как минимум три, приведенные выше особенности российских лесов, следовало учитывать при определении технологии ГИЛ Российской федерации. Однако этого не было сделано. Тогдашние руководители «Рослесинфорга» предпочли приобрести понравившийся им «красивый» чешский продукт «Field Map», который ни по каким параметрам не подходит для российских условий. Одновременно не делалось каких либо заметных попыток отстоять лесоустройство. Было проще поддержать одиозный тезис о якобы невозможности государства оплачивать лесоустройство и одновременно упорно проталкивать инвентаризацию лесов, по стоимости сравнимую с затратами на лесоустройство. Напомним, что за период с 2008 по 2013 годы на ГИЛ было потрачено не менее 6 млрд. рублей бюджетных средств, которых бы хватило на устройство, как минимум, 50 млн. га лесов интенсивной зоны лесопользования.

Приведем наиболее характерные технологические особенности действующей ГИЛ, показывающие ее неприемлемость для российского практического лесного хозяйства.

Избыточность информации.

Из 112 таблиц отчета ГИЛ по субъекту федерации только 19 могут быть как то использованы для сбора отрывочных данных, относящихся к характеристике лесов по утвержденным формам лесной отчетности Российской Федерации.
В разделе 1 Государственного лесного реестра – «Леса и лесные ресурсы», состоящего из 14 таблиц, используя типовой отчет ГИЛ по субъекту федерации, можно заполнить лишь 4 таблицы, да и то не полностью.
В то же время, отчеты ГИЛ насыщены явно избыточной для российской лесохозяйственной статистики информацией. Тематическая структура отчета включает 50 таблиц лесотаксационных характеристик, 8 – по лесовозобновлению,7 – экологии и биоразнообразию, 19 – по мертвой древесине, 7 – по характеристике и состоянию почв, 10- по живому напочвенному покрову, 11- по углероду в биомассе.
В целом информацию ГИЛ лишь на 40% можно отнести к данным, характеризующим леса России в её традиционных форматах – Учету лесного фонда до 2007 года, ныне действующему Государственному лесному реестру, лесоустроительным инструкциям, отчетности лесного хозяйства. Весь остальной материал ГИЛ – это чисто экологический проект, формально перенесенный в российские условия из национальных инвентаризаций Германии, Швейцарии, частично Франции, Чехии – стран с преобладанием вторичных искусственных лесов, подвергающихся постоянному техногенному давлению и требующих детального изучения. Так в Германии, где состояние лесов – предмет постоянной озабоченности государства, НИЛ состоит из трех инвентаризаций – собственно национальной инвентаризация лесов, национальной инвентаризация повреждений леса и национального обследования состояния почв.

Густота сети пробных площадей. Точность результатов.

Для представления о точности информации, получаемой выборочно-статистическим методом государственной инвентаризации лесов Российской федерации, сравним показатели объема выборки, непосредственно влияющие на точность ведущего показателя всех инвентаризаций - запаса сырорастущей древесины обследуемого объекта. Для чистоты эксперимента сравним национальные инвентаризации (НИЛ) относительно идентичных российским леса Швеции, Финляндии, Канады, США. Наиболее демонстративным в этой части является число закладываемых пробных площадей на условную площадь исследований, допустим 100 тыс. га. По данным опубликованной статистики НИЛ упомянутых стран, показатели частоты закладки пробных площадей примерно одинаковы и в среднем составляют 205 пробных площадей на 100 тыс. га. обследуемой площади. При этом точность определения запаса древесины оценивается в пределах ±10-15% стандартной ошибки при вероятности 0.68. Это соответствует требованиям ФАО по точности инвентаризаций лесов, которые установлены на уровне 10-15-20 %. Точность ГИЛ можно определить, путем сравнения её исходных показателей с аналогичными показателями зарубежных НИЛ. Частота закладки пробных площадей ГИЛ Российской федерации по отчетам «Рослесинфорга» за период 2008-2013 годов составляет 29 пробных площадей на 100 тыс. га. т.е. меньше в 7 раз. Поскольку достоверность статистических методов находится в квадратичной зависимости от числа наблюдений, то несложный расчет показывает, что точность определения запасов древесины действующей в настоящее время ГИЛ находится в пределах 27-40 % при официально обозначенной в пределах 1-5 % (см.«Методические указания по проведению государственной инвентаризации лесов», 2009 г).

Стратификация объекта ГИЛ.

Стратификация покрытых лесом земель, заложенная в действующую методику ГИЛ, заимствована из отечественной методики 1987 г. Е.П. Данюлиса, И.А. Кренева, В.И.Сухих – «Технические указания по инвентаризации резервных лесов на основе материалов аэрокосмических съемок». Оправданный в случае инвентаризации резервных лесов на основе космической съемки, данный способ стратификация при наземной статистической инвентаризации освоенных лесных территорий с закладкой пробных площадей просто не применим. Элементарной единицей учета при статистической инвентаризации лесов ( в западных странах –НИЛ) является дерево, а не лесотаксационный выдел. Генеральная совокупность всех учтенных деревьев в процессе компьютерной обработки в сочетании с данными по лесонасаждениям автоматически распределяется на однородные группы по породам, а в пределах пород по классам и группам возраста, бонитетам, запасам и т.д. Эти группы тоже можно назвать стратами, но они появляются не до начала закладки пробных площадей, а в процессе так называемой «пост-стратификации» - технологического звена камеральной обработки пробных площадей. Существенная разница понятия «страта» в действующей ГИЛ и стратами зарубежных НИЛ в том, что первые определяются предварительно, до начала работ, выделенными по группам таксационных выделов лесоустройства, а вторые формируются в процессе камеральной обработки данных пробных площадей.

Способ организации выборки.

Пробные площади ГИЛ РФ 2007 года закладываются методом ТИПИЧЕСКОЙ (НАПРАВЛЕННОЙ) выборки. Эта выборка позволяет намного сократить количество пробных площадей и упростить организацию работ, однако эти достоинства напрочь перекрываются отсутствием метода оценок точности типической выборки, а сам метод не имеет научной основы и неприменим при статистических исследованиях. На практике действующая ГИЛ оказалась выборочной проверкой точности таксации лесоустройства, но никак не статистической инвентаризацией лесов. Результаты действующей ГИЛ, представленные по стратам выделов лесоустройства в плохо читаемом пользователями лесного хозяйства формате, не могут быть использованы в качестве статистической информации, ни для текущей отчетности, ни для составления лесного реестра.
Кстати, термин «стратификация» в мировых национальных инвентаризациях подразумевает деление территории объекта инвентаризации не по лесотаксационному (как в ГИЛ РФ), а по эколого-географическому признаку. Согласно этому, например, в Канаде выделено 15 страт - экозон, в Финляндии - 6, в Швеции - 5.
Основным методом национальных статистических инвентаризаций во всех развитых странах был и остается метод СИСТЕМАТИЧЕСКОЙ (МЕХАНИЧЕСКОЙ) выборки, предусматривающий закладку пробных площадей по регулярной сети. Систематическая выборка не зависит от характеристики изучаемой выборочной совокупности, для анализа результатов и определения точности исследования при этом методе применима теория оценки ошибок, а стало быть, данный метод выборки является научно обоснованным.

ВЫВОДЫ.

Представляется необъяснимым с точки зрения здравого смысла и высокой государственной значимости проблемы в целом, как наши теоретики статистических методов учета лесов и руководители «Рослесинфорга», среди которых доктора и кандидаты сельскохозяйственных, географических, технических и даже экономических наук, допустили грубейшую ошибку в методическом обеспечении государственной инвентаризации лесов образца 2007 года. Судя по официальным публикациям, в том числе специалистов, принимавших решение о внедрении действующей 6ГИЛ (например «Национальная инвентаризация лесов в зарубежных странах», В.В. Креснов, В.В. Страхов, А.Н. Филипчук, Лесохозяйственная информация, Рослесхоз, № 10-11 2008) а также обширной научной литературы тема математико-статистического учета лесов была тогда и сейчас хорошо изучена и описана. Думаю, что российская лесная общественность вправе поинтересоваться у авторов ГИЛ 2007 г., почему была принята технология, которая по своим концептуальным положениям и практическому применению оказалась абсолютно непригодной для Российских условий, и как так вышло, что она фактически заняла место лесоустройства в государственном бюджетном финансировании.

Удивительно также, почему скомпрометировавшая себя на виду у огромного числа специалистов и руководителей лесной отрасли, дорогостоящая и бесполезная технология ГИЛ 2007 до сих пор ежегодно включается в планы «Рослесинфорга» в качестве производственного задания? Думаем, МПР и Рослесхозу пора на профессиональном уровне разобраться и принять оптимальное решение по этому тупиковому проекту.

Генеральный директор
ООО «ЛЕСЭКСПЕРТИЗА
Р.Ф.Трейфельд



Обсудить данную статью Вы можете на форуме
Оставьте свой комментарий, выскажите своё мнение или поделитесь своими идеями со специалистами лесного хозяйства на нашем форуме!
Нажимая "Перейти на форум", Вы принимаете условия обработки персональных данных.
Теги: Лесоустройство, ГИЛ, Инвентаризация лесов, Трейфельд

Другие статьи блога

О доходах и расходах в лесном хозяйстве. Моисеев Н.А.
О доходах и расходах в лесном хозяйстве. Моисеев Н.А.
Между Лесоустройством и ГИЛ. Трейфельд Р.Ф.
Между Лесоустройством и ГИЛ. Трейфельд Р.Ф.
"России нужно "позеленеть", чтобы поднять экономику."
"России нужно "позеленеть", чтобы поднять экономику."

Наверх
array(5) { ["id"]=> int(0) ["ip"]=> string(12) "54.146.50.80" ["language"]=> string(2) "en" ["gmt"]=> int(0) ["guest_id"]=> string(32) "5cb18b20c16e367d22319999b6efcf4c" }