Официальный сайт Союза лесоводов Санкт-Петербурга
Подпишитесь на новости сайта
Получайте на почту актуальные новости и статьи, которые публикуются на сайте Союза лесоводов
* Поля, обязательные для заполнения
Нажимая "Подписаться", Вы принимаете условия обработки персональных данных.
Социальные сети

И. Шутов. "К общественным слушаниям о содержании нового Лесного кодекса"

(Реплика на интервью главы Рослесхоза И. Валентика корреспонденту газеты «Коммерсант» А. Васильевой «Если нет собственного производства, то не может быть и договора аренды», опубликованное в № 58 от 3 апреля 2019 г.(www.kommersant.ru))

27 мая в 16:02

В своем интервью глава Рослесхоза сообщил, что уже в мае текущего года его Агентство должно представить Правительству предложения для подготовки нового Лесного кодекса, и что реализация этих предложений в условиях рыночной экономики должна позволить лесоводам зарабатывать деньги.

Об этом намерении руководителя Рослесхоза И. Валентика, т.е., по сути дела, главного лесничего РФ, уверенно скажу: давно пора!! Объясняю почему. В том числе потому что это (т.е. ведение доходного лесного хозяйства) имеет место быть во всех развитых странах. Было такое (в условиях товарно-денежных отношений!) и в Российской Империи. Так, в начале прошлого века итоговым финансовым результатом работы Лесного департамента и его лесничеств был весьма большой доход. Его величина, например, в 1913 году была сопоставима с ценой добытого золота на всех приисках страны.

Тут же замечу, что в названном году по величине экспорта пиленой древесины частновладельческими структурами древпрома Россия значительно превосходила взятые вместе США и Канаду.

Как об очень важном, скажу еще о том, что около 90 % своего дохода Лесной департамент получал от продажи лесничими их главной товарной продукции, а именно отведенных в неистощительную рубку участков спелых древостоев на корню, и что сама эта продажа тогда осуществлялась не в процессе бюрократических «междусобойчиков», а обязательно на открытых для всех предпринимателей лесных торгах по установленным государством единообразным правилам и при глубоко дифференцированных стартовых ценах на древесину в зависимости от многих условий и обстоятельств.

В части, касающейся очень важной процедуры определения глубоко дифференцированных стартовых цен на древесину на корню, напомню, что их обоснование тогда признавалось одной из главных задач начальников государственных лесоустроительных партий. Прочесть об этом можно в опубликованной в 1914 г. «Инструкции по устройству казенных лесов» (см. § 24). Скажу еще о том, что выполняя названную задачу, лесоустроители должны были учитывать не только особенности устраиваемых лесов в конкретных лесничествах и в их хозяйственных частях, но еще имеющую место динамику цен на древесину на ближних и дальних рынках.

Скажу еще о том, что в те же годы в России (т.е. в условиях реальных рыночных отношений) крупные предприятия после уплаты денег за приобретенную на торгах древесину на корню имели право приступать к рубке купленного древостоя не раньше, чем ими был внесен лесничеству денежный залог, который им возвращался только в том случае, если они своими силами обеспечивали возобновление полноценного молодого древостоя на месте вырубленного. Если это условие не выполнялось, залоговые суммы не возвращались и расходовались на создание лесных культур ценных пород силами самих лесничеств.

О позитивном значении этого правила можно судить хотя бы по тому, что в период с 1899 по 1912 год оно позволило лесничим Лесного департамента увеличить площадь ежегодно закладываемых на вырубках лесных культур с 7500 десятин до 72000 десятин, т.е. почти в 10 раз.

Абсолютно ничего похожего на все вышеописанное И. Валентик в своем интервью не предлагает. Предлагает он другое, а именно: продолжать ту же самую сдачу лесов в псевдоаренду предприятиям древпрома (т.е. тем самым бизнес-структурам, чьи доходы и прибыли напрямую или опосредованно зависят от масштабов производимой вырубки лесов и абсолютно не зависят от того, что потом вырастет (или не вырастет) на месте вырубленных древостоев).

Предлагаемое руководителем Рослесхоза «новое» выражается всего лишь в том, что в будущем псевдоарендаторами (т.е. получателями лесов в рубку) будет позволено быть не всем физическим и юридическим лицам, а только лишь тем, у кого, по мнению чиновников, имеется достаточная материальная база для переработкивзятой в лесу древесины.

Позволит ли вышеназванное, если оно вдруг будет принято руководством страны, остановить продолжающийся процесс позорного превращения доступных для структур древпрома хвойных и иных ценных древостоев в пустыри и малоценные древостои-«дрянники»?

Позволит ли предлагаемое превратить наше чуть живое лесное хозяйство из многолетней побирушки денег из государственного бюджета в высокодоходную и прибыльную отрасль для всего государства как собственника лесов?

Позволит ли восстановить былой престиж самой профессии лесоводов, а также их материальный достаток?

Заставит ли приобретателей древостоев на корню относиться к тому, что они делают и как себя ведут в лесах, с необходимой ответственностью?

Отвечая на перечисленные вопросы, уверенно скажу – нет, нет и еще раз нет. Отвечая на перечисленные вопросы, уверенно скажу – нет, нет и еще раз нет. 

О многих причинах названного «нет» и еще о том, что надо сделать, чтобы вернуть стране и нашему лесному хозяйству то, что Л. Леонов назвал уникальной хвойной шубой на плечах России, я рассказал в книге «Вехи лесного хозяйства России», а также в статье «России жизненно необходима реанимация ее лесного хозяйства!» Статья была опубликована в «Лесной газете» в 2017 г., № 32-33.

О том же или о похожем писали очень многие мои высококвалифицированные и ответственные коллеги – не только ученые, но и производственники.Их статьи публиковались, главным образом, в «Лесной газете» (ЛГ) и еще в научно-производственном журнале «Лесное хозяйство». Сегодня ни того, ни другого у лесоводов нет. Почему? Предполагаю, по причине несовпадения сиюминутных интересов странных по их образованию руководителей Рослесхоза с тем, что выходило в свет на страницах названных не управляемых(!) чиновниками печатных органов.

Ликвидация главных «лесных» СМИ буквально ввергла сообщество лесоводов в состояние людей с подрезанными языками и нарушенным слухом, а также заставило некоторых забыть то, что является главным в их профессии. Поэтому я просто обязан сказать спасибо газете «Коммерсант» и некоторым другим СМИ за то, что они хоть что-то стараются рассказать людям о трагическом положении дел в нашем лесном хозяйстве.

Просьба ко всем СМИ – пожалуйста, не уходите от «лесной» темы, поскольку от того, что происходит в лесном хозяйстве и в самих лесах России, зависит благополучие и сама жизнь множества людей.

И еще. Пожалуйста, с осторожностью относитесь к переполненной оптимизмом информации, которую вам охотно выдают разные управленцы, не знающие, что такое правильное лесное хозяйство, а также все те, кто не имеет лесохозяйственного образования и даже опыта практической и научной работы в живых лесах.

Как о важном, скажу еще о том, что в Российской Империи ее лесное хозяйство рассматривали как часть сельского, с присущей только лесному хозяйству особой планово-экономической и технологической организацией. Названное – не фантазия, а то, что было в нашем прошлом, когда сельское и лесное хозяйства входили (а в США и теперь входят!) в структуру одного и того же министерства.

С моей точки зрения, это гораздо лучше и выгоднее со всех сторон, чем то, что мы имеем сейчас. Почему? Главным образом, потому что структуры МПР, в составе которых ныне функционирует Рослесхоз, вообще не ориентированы на получение доходов в результате собственной хозяйственно-производственной деятельности.

В качестве напоминания о давнем родстве лесоводов и агрономов замечу, что и в нашем прошлом, и сегодня при успешной защите лесоводами кандидатских и докторских диссертаций ВАК продолжает присваивать им ученые степени сельскохозяйственных, а не лесохозяйственных наук.

По своей сложности лесное хозяйство не уступает сельскому. Поэтому в Германии, например, считают, что лесничий должен иметь два высших образования – общебиологическое (университетское) и лесохозяйственное.

Благодаря высокому профессионализму своих лесоводов и бережному отношению людей к лесам, в центральной Европе теперь имеет место завидный феномен, а именно увеличение лесистости и не ухудшение, а даже улучшение имеющихся лесов.

Чтобы и в России произошло примерно то же, нужно сделать и исправить очень многое. В числе этого многого есть главное со знаком «минус», что мешает превращению нашего лесного хозяйства в постоянно доходно-прибыльную отрасль страны примерно в той же степени, как может мешать стреляющий тяжелый танк, поставленный на пути наступающей пехоты. В нашем случае таким «танком» является узаконенная и широко пропагандируемая Рослесхозом, а также другими интересантами передача лесов в псевдоаренду тем, кто занимается их вырубкой; и все это без жесткой материальной ответственности за качество того, что потом вырастет или не вырастет на месте сведенных древостоев.

Почему в этой и в других своих публикациях я использую термин «псевдоаренда»? Отвечаю. Потому что настоящая аренда как способ организации экономических отношений может иметь место только при операциях с нерасходуемым имуществом. Об этой ее особенности легко узнать,заглянув в энциклопедии или учебники. Однако те, кто теперь командует нашим лесным хозяйством, видимо просто не заглядывали в такие книги.

Чтобы миллионы людей могли лучше понять, как Рослесхоз «организует» хозяйственную деятельность в доверенных ему лесах, приведу простой пример. Представьте себе, что вы берете в аренду в магазине или у производителя дорогой телевизор. Затем перепродаете его или разбираете на запчасти. А по окончании срока аренды возвращаете арендодателю пустую картонную коробку, роль которой в нашем случае выполняет заброшенная людьми вырубка. Как должен относиться к такому «финалу» договора аренды нормальный арендодатель? Думаю, ответ ясен.

Приведенная мной аналогия в случае с «арендой» леса – не моя фантазия. Это то, что люди из Рослесхоза, их коллеги из МПР, МПТ, разные интересанты в структурах древпрома, а также их лобби в разных органах власти уже давно используют в качестве упомянутого выше танка, чтобы не пустить наше лесное хозяйство в сферу высокодоходных для нашей отрасли и государства нормальных товарно-денежных отношений с приобретателями древесины на корню.

Далее скажу несколько слов о происхождении самой идеи о «сдаче лесов в аренду» заготовителям древесины.

Мысль о том, что это может быть хорошо, пришла к нам еще в середине позапрошлого века из имения графа Эстергази в Австрии. Сторонники этой идеи у нас тоже были. Однако наш Лесной департамент – в отличие от Рослесхоза – с присущей лесоводам осторожностью не позволил реализовать данное предложение на миллионах десятин наших лесов без должной проверки.

Проверку провели в двух казенных лесничествах в Калужской и Орловской губерниях, о чем (о полученных убытках!) имеется запись в официальном журнале Министерства государственных имуществ и в «Энциклопедии русского лесного хозяйства» (т. I, 1903 г., с. 1193). Суть этой записи: проверка показала, что сдача лесов в аренду есть наихудший из возможных способов организации и ведения лесного хозяйства. Тогда же было решено: к вопросу организации лесоуправления путем сдачи лесов в аренду более не возвращаться.

Однако таковое у нас (в нашем времени) не получилось. Почему? Очевидно, в связи с тем, что те, кто сегодня командуют в нашей отрасли, просто не знают о главных событиях в былой истории лесного хозяйства России. Или все-таки знают, и тем не менее…. ?

К чему еще может привести продолжение сдачи лесов в псевдоаренду именно тем, кто организует их вырубку?

Отвечаю: в том числе к тому, что в будущих учебниках истории появятся строки, в которых будет сказано, что в наши годы Федеральное Собрание, Правительство Россиии сам Президент страны допустили превращение ее многоценного хвойного и широколиственного покрова в траченные людьми (!), насекомыми и пожарами остатки.

О самой настойчиво продвигаемой Рослесхозом уже многие годы сдаче лесов в псевдоаренду скажу то, о чем уже давно думают, но молчат многие. А именно: что это или трагическая ошибка тех, кто взялся управлять нашей отраслью, не зная, что такое лес, а также правильное и высокодоходное лесное хозяйство, или же это хорошо замаскированная экономическая диверсия, расследованием которой должны заняться компетентные органы.

Со своей стороны, из истории зная о факте принятия еще при Александре III (в 1888 г.)  значительнейшего закона, имевшего вид сжато написанного «Положения о сбережении лесов», а также о заданной в нем программе действий органов власти, предлагаю осуществить следующее:

1. В законодательном порядке запретить сдачу лесов в псевдоаренду бизнес-структурам, которые занимаются их вырубкой.

2. Упразднить ныне действующий в составе МПР Рослесхоз как не оправдавший доверия и не способный восстановить и превратить наше лесное хозяйство в правильное и высокодоходное.

3. По примеру нашего исторического прошлого, создать Лесной департамент в составе Министерства сельского хозяйства РФ. Привлечь к работе в Лесном департаменте высококвалифицированных своих и зарубежных (например, немецких, финских) специалистов лесного хозяйства, способных в условиях социально ориентированной рыночной экономики воссоздать и вести в России ее правильное и высокодоходное лесное хозяйство.

4. Для всех, имеющих отношение к лесам РФ органов власти всех субъектов РФ, законодательно закрепить положение о том, что отношения между лесничествами и приобретателями древесины должны строиться в виде общепризнанных в развитых странах форм купли-продажи древесины обязательно по рыночным ценам.

5. Льготный или бесплатный отпуск деревьев в рубку местным жителям может и должен иметь место в социально-особых случаях. Если же таковое будет практиковаться в интересах структур древпрома (что теперь у нас часто имеет место быть), то оно должно рассматриваться и пресекаться как уголовное должностное преступление.

В заключение позволю себе сказать еще раз об очень важном, а именно о том, что наш премьер Д.А. Медведев обязал МПР и его Рослесхоз представить Правительству предложения о содержании нового Лесного кодекса (ЛК) уже в мае сего года. В связи с этим не могу не заметить, что времени для надлежащего выполнения этой многотрудной работы, а также для не формального обсуждения ее результатов лесоводами, у МПР и Рослесхоза уже просто нет.

Учитывая, что новый ЛК должен действовать в условиях не виртуальных, а реальных товарно-денежных отношений между государственным лесным хозяйством и частновладельческими структурами древпрома, и что использование этого документа как Закона должно позволить лесоводам получать в своих лесничествах не только доход, но и прибыль, предлагаю незамедлительно направить Правительству имеющийся в библиотеках проект Лесного Устава России, который был представлен Лесным департаментом в Государственную Думу в 1913 году (был ею одобрен, но не успел воплотиться в реальность из-за начавшейся I Мировой войны).Естественно, что названный документ сегодня не может быть просто продублирован. Однако его принципиальные положения не находятся в противоречии с тем главным, каким мы теперь хотим видеть наше лесное хозяйство. Поэтому, с моей точки зрения, проект Лесного Устава России 1913 года мы можем использовать в качестве прототипа проекта нового ЛК РФ.

Скажу очень коротко о себе.

Учиться, а затем и работать в лесном хозяйстве я начал в 1943 году.

Как ученого, меня более всего интересовало и интересует все то, что имеет отношение к организации и ведению правильного лесного хозяйства, его истории, а также такие разделы лесоводства как лесовосстановление, уход за молодыми древостоями и ускоренное производство древесины на специально создаваемых лесосырьевых плантациях-дендрополях.

Как показали наши многолетние эксперименты, в лучших вариантах 40-50-летних опытных плантаций мы имеем прирост древесины равный 10 и более куб. м в год, т.е. примерно втрое больше, чем в окрестных естественных древостоях.

В последние годы в мире на плантациях-дендрополях уже получают 30-40 % нужной промышленности древесины. У нас же ни МПР, ни МПТ и слышать не хотят о том, чтобы в ускоренном порядке производить нужную промышленности древесину на лесосырьевых плантациях.

Что может вынудить их повернуться лицом к этой проблеме? Очевидно, только воссоздание по примеру других стран реальных рыночных отношений между лесным хозяйством и структурами древпрома.

Почему я решил закончить статью кратким рассказом о лесосырьевых плантациях? Главным образом, потому что их создание и выращивание будут способствовать не только появлению новых рабочих мест в нашей глубинке, но еще и сохранению в России остатков экономически доступных для людей девственных и старовозрастных лесов естественного происхождения с присущим только им уникальным биологическим разнообразием.

Член-корр. РАН, Заслуженный лесовод РФ,
доктор сельскохозяйственных наук, профессор
заместитель директора по научной работе
в СПбНИИЛХ в период с 1966 по 1998 гг.,
член Союза лесоводов Санкт-Петербурга.

И.В. Шутов
8 921 926 5837, iv-shutov@mail.ru

17.05.2019 г.



Подпишитесь на "Лесную Газету"
Окажите помощь нашим партнерам - "Лесной Газете", оформив подписку на издание или переводом любой суммы на расчетный счет газеты.





Нажимая "Перейти и узнать больше", Вы принимаете условия обработки персональных данных.
Теги: Шутов, Лесной кодекс

Другие статьи блога

О сплошных санитарных рубках еловых лесов в Ленинградской области.
О сплошных санитарных рубках еловых лесов в Ленинградской области.
Как санитарные рубки стали для леса настоящим бедствием. Юричев Е.
Как санитарные рубки стали для леса настоящим бедствием. Юричев Е.
Между Лесоустройством и ГИЛ. Трейфельд Р.Ф.
Между Лесоустройством и ГИЛ. Трейфельд Р.Ф.

Наверх
array(5) { ["id"]=> int(0) ["ip"]=> string(14) "35.175.191.168" ["language"]=> string(2) "en" ["gmt"]=> int(0) ["guest_id"]=> string(32) "63b253f3c95020268896de1466169fc0" }